Широко представлены в Джакарте гастрономические ухищрения китайцев. Тягаться с их кулинарным искусством мало кому по силам. Один из гонконгских ведущих поваров сказал, что «китайская кухня подобна утонченной, обворожительной и воспитанной на давних традициях женщине».

В отличие от многих народов, меню которых в разной степени ограничено религиозными, идущими от анимистических табу привычками, китайцы в кухонных делах не знают никаких запретов. Они считают, что можно есть все, что только сотворено живой природой. В одной из аптек квартала Глодок я наткнулся на изданное в 1891 году на английском языке пособие по китайской кулинарии. В предисловии говорилось, что текст трактата был записан в XII столетии и эпиграфом к нему служила фраза: «Все, что растет, бегает, ползает, летает, плавает,— все может человек употребить в пищу». Чтобы убедиться в этом, надо ехать в Старый город, в парк Локасари.
Его основал в 1937 году наживший миллионы на торговле сушеной рыбой Тан Хин-Хи. Богатство, однако, не послужило китайцу пропуском в выстроенный голландцами бассейн. Его не пустили. Тогда он построил собственный, а вокруг него разбил еще и парк, который вскоре превратился в самый популярный увеселительный центр Батавии, куда, кстати, не гнушались ходить и белые. Многое в Локасари изменилось с тех пор. Закрылось казино, открылись дискотеки. Но кулинарные традиции остались.